Тим Рот говорит, что ему неинтересно использовать эту науку в реальной жизни. Как только он заканчивает съёмочный день, он «выключается». Тем не менее, по телевизору мы видели, как доктор Лайтман пристыдил повара, готовившего фаляфель, в том, что он не мыл руки, и даже как предупредил женщину о неискренности ее бойфренда. И это даже не по работе. Это просто его личная служба на благо общества.

Тим Рот дал интервью после пресс-конференции с участием всего актёрского состава сериала, посвященной открытию второго сезона «Обмани меня». Создатель сериала «Щит» Шон Райан присоединился к команде в качестве продюсера. При распознавании новой лжи без доктора Лайтмана не обойтись. Второй сезон сериала «Обмани меня», оригинальное название которого «Lie to me», начался на канале Fox 28 сентября.

- Каким ты видишь развитие свое героя? Может, в его личной жизни, к примеру, есть нечто, о чём мы не знаем?

Тим Рот: Многое из этого теперь выйдет на поверхность. Я думаю, это то, что привнёс Шон Райан, толчок в развитии героя. Вы начнёте понимать, почему эти люди – те, кто они есть, что заставляет их действовать, что они любят и что ненавидят. Вы увидите, как развиваются отношения между этими персонажами. Это второй сезон. Все осталось на том же месте, где закончилось.

- Я с нетерпением жду эпизод с вечеринкой для холостяков. Вы уже отсняли его?

Тим Рот: На самом деле эти ребята как раз им занимались сегодня. Мне не нужно было сниматься этим утром, но они уже начали работать над ним.

- Но ты читал его? Разве это не забавная штука?

Тим Рот: Конечно. Хорошая штука.

- Насколько труднее было справиться со съемками для телесериала по сравнению с кино?

Тим Рот: Темп быстрее, но очень часто, скажу откровенно, как актёру тебе хочется, чтобы всё происходило быстрее. Это на самом деле никогда не было для меня какой-либо проблемой. Если ты работаешь над фильмом с очень маленьким бюджетом, именно так и получается. Это не было трудностью. Трудностями стали все остальные вещи, с которыми приходится иметь дело: политика, неразбериха со сценаристами, попытки переписать сценарий по ходу производства, что нормально для телевидения. Когда ты имеешь дело с одним сценарием при работе над фильмом в течение пары месяцев или около того, тебе по-настоящему не приходится бороться с ним. А в этом случае ты должен, это постоянная работа, и работа, которая тебя поглощает. Это было в новинку. Это был новый для меня процесс.

- Теперь, когда у тебя появилось время для развития персонажа на долгосрочной основе, что было самым увлекательным в этом процессе?

Тим Рот: На самом деле я воспринимаю это как элемент театра. Я считаю, если ты долго играешь в пьесе, у тебя есть свой персонаж, свой сценарий, уже готовый, и каждую ночь ты его повторяешь. Каждую ночь ты его обыгрываешь. Я пока не достиг этого с Лайтманом. Есть гораздо больше деталей, которые мы привносим в этого героя, но я воспринимаю его так. В каждом эпизоде я думаю: «Ну, и как бы он ответил? Как он поступил бы? Что если я попробую это или то?» Поэтому всё время приходится ходить на цыпочках. Это стало настоящей неожиданностью для меня. Я делал все возможные предположения, которые можно сделать, глядя со стороны, о том, каково это – участвовать в подобном. Я понимал большую часть всего этого неправильно.

- Есть ли такая роль в кино, которую ты играл, и о которой ты бы подумал: «Боже, я бы хотел позволить себе роскошь играть его в течение двух или трёх лет»?

Тим Рот: Да, когда я играл Ван Гога. Я бы с удовольствием снова вжился в этого персонажа.

- Есть ли такая роль, которую ты играл в кино, и которая соответствует тебе — настоящему больше, чем другие роли?

Тим Рот: Их много. Некоторые из них являются таковыми не в силу хороших причин. Мне нравилось играть того парня, пианиста в «Легенде о Пианисте». Я не знаю, смотрел ли кто-нибудь из вас этот фильм. Это парень, который никогда не сходил с корабля, он был рожден на воде, и он – джазмен. Мне он понравился. Опять же, Винсент Ван Гог был хорош, и еще совсем ранние роли. Роли, которые я играл в фильмах Майка Ли и подобных людей, все эти герои.

- Нравится ли тебе и твоей семье находиться в Лос-Анджелесе постоянно?

Тим Рот: Я тут уже двадцать лет. Только я здесь не работал. Ты приезжаешь в Лос-Анджелес, и тебе говорят: «Здорово, ты здесь, просто фантастика. Тут есть для тебя кое-какая работа. Колоссально, теперь выбирай, где работать». Все происходило именно так, поэтому это частично повлияло на моё решение в этом вопросе. Я остаюсь дома. И любой сделает так же, любой останется дома. Тем не менее, нечасто приходится быть дома.